Это случилось вчера, когда мороз ударил, а снег не выпал. Зато было с чего выпадать в осадок — Лужа была битком. Причём и сидячие и стоячие места. За последние лет десять я ни разу так не волновался. Но когда прочёл на билетах, что администрация Лужников предупреждает, что посещая подобные мероприятия зритель подвергается риску, ответственность за который несёт сам зритель, сразу успокоился: лихорадило ещё тысяч этак восемь. На билетах не было указано моей фамилии. Наверное, поэтому так мне и обрадовалась публика, когда я появился. Честно говоря, я больше сам обрадовался. Что-то забытое очнулось во мне и воспряло. Я слишком привык с зажравшейся публике, чтобы не оценить всё преимущество тех, кто искренне желает встречи с тобой.
17 лет назад на этой же арене горком партии впервые разрешил проведение Дискотеки на подобном уровне. Тогда там были Пресняков мл., Маркин да я. Сегодня туча артистов, к тому же закордонные. Я не буду подробно останавливаться на удачках и провальчиках программы — это не так сейчас важно. Важно другое. Это направление имеет своего зрителя, который ностальгирует по той музыке, по тому действу, ведению,общению. Из этого, с моей точки зрения, следует, что это должно продолжаться, развиваться и не должно быть исключительно РЕТРО акцией. Это должно быть, ну например, противопоставлением так «задолбавшему» MTV. А под этой эгидой в «бой» пойдут многие. «Восьмидесятники», не только как артисты, но в первую очередь как зрители, способны не только ностальгировать, но и влиять на ситуацию: сорокалетние уже кой-чего добились в жизни и им уже есть, что и КАК сказать. Да и вообще, если кто и может повлиять на ситуацию не только в «так называемом» шоу-бизнесе, но и в стране , так это мы, восьмидесятники. Мы ещё хотим, но уже можем.
P. S. Поймал себя на том, что: 1. терпеть не мог «Музыка на-а-ас связала!», а теперь — ничего, даже ногой пару раз дрыгнул. 2. когда пел «Белые козы» — делал технически очень старательно (хит портить низ — зя!) 3. «Рокеры» пришли, выступили и ушли молча. Ни слова о том, что говорили тогда: дискотека — примитив, отстой.
